March 29th, 2006

Жрак

Правый глаз.

Правый глаз у меня дурной. Не в том смысле, что на кого гляну - тот облысеет и паршой покроется. А в том смысле, что дурень он!
Вот опять гляжу на мир одним глазом, левым. Это уже привычное состояние, как минимум раз в неделю приходится так ходить, скривившись. И ведь никогда ничего не отлетает в левый глаз - с ним всё в порядке, зато правый... проклял его кто-то, что ли? Случайный камешек ли, или шальная металлическая стружка; брызги кисоты, лака или клея - угу, это не смешно, мне потом пришлось веко отклеивать пинцетом; даже локоть родной жены в порыве страсти или в припадке гнева - всё попадает точнехонько в многострадальный правый глаз.
Сегодня даже не разглядел толком, чем мне туда залепило, когда полыхнула паяемая серьга. Может, остатком кислоты, может, бораксом... Я и так урод редкостный, а уж с одним глазом и вовсе мерзкая образина.
А самое интересное... ничего ему не делается. Как была единица зрение, так и осталась.
Звыняйте. Сегодня-завтра мне за экраном сидеть-глядеть будет проблематично. Больно все-таки...
Жрак

(no subject)

Нашел в сети страничку своей знакомой. А там - маленький раздел "Сказки Жрака и Глюка". Жрак - это я. А нижеприведенный текст - Глюка. Он мне понравился. Я его тут, ничего..?

Бег
Трава жестко пружинит под подушечками лап. Счастливое безумие бега под полной луной. Дрогнула задетая ветка, роняя капли с листьев, но ни одна не упадет на тебя. Ты уже далеко, ты уже бежишь по краю лога, перелетая через поваленные деревья. Вспорхнула с истошным криком птица. Где-то рядом гнездо. Неважно. Четыре мелких крапчатых яйца - не добыча, не стоит и времени терять. С фырчанием вздыбила шерсть одичавшая кошка. Чего испугалась, дура? Не станет крупный хищник с тобой связываться. Мяса на один зуб, одни кости, шкура да когти. Особенно когти. Подарив на прощанье широкую волчью усмешку, от которой бедную кошку чуть инфаркт не хватил, ты бежишь дальше. Туда, откуда слышится призывный вой. Но не торопишься, времени еще довольно. Выскочил из-под куста перепуганный заяц. Этот - обречен. И сам знает. Но бежит до последнего, пока твои клыки не ударят снизу вверх, переворачивая и вспарывая бок, вгрызаясь в красное, горячее, еще трепещущее. Облизать морду, и дальше. Через ручей. Под кривой сосной. Вокруг промоины. По стволу упавшего каштана над старой воронкой. Быстрая серая тень навстречу. Короткий тычок твердым носом в бок. Прыжок, отскок. Это игра. Куснуть, отпрыгнуть, извернуться. Длинные клыки сдавливают шею. Это не больно. Это - игра. Особая, волчья. Долгая, на всю ночь. Осторожная, сдержанная сила. Неожиданная нежность. Безграничное доверие. И назад, пока не взошло солнце. Через промоину, через лог, по каштану... А это что? Флажки на веревке. Красные. Откуда ты знаешь про красный цвет? Волки не различают цветов. Но люди всегда развешивают именно красные флажки, и никакие другие. Ну, все равно, надо торопиться. Под трепещущим флажком, наискосок, выскочить прямо перед лицом опешившего егеря. Удар в бок, падает на траву сплющенная пуля. Дурачок, хотел испугать своим глупым свинцом! Лязгнуть зубами перед носом человека. Некогда добираться до его шеи через толстый воротник. Он и так упал. Волки не трогают падаль. Дальше, скорее. Восток уже светлеет, в желудке поднимается волнами тягучая боль. Вот он, город. Это называется дома. А это - асфальт. По нему бежать легко, но не так приятно, как по траве. Зато быстро. А это сейчас важнее. Быстрее, еще быстрее! Вот оно, это окно. Второй этаж. Человеку нипочем не запрыгнуть! Напружинить лапы. Распрямиться, свечкой взлетая вверх, перевалиться через подоконник... упасть на кровать. Поднять тяжелую голову с подушки. Ноги - в тапочки. Набросить халат. Прохладно сегодня, а окно, как всегда, нараспашку! Волоча ногу за ногу, добрести до ванной. Выбрать застрявшую травинку из волос. Вычистить землю из-под ногтей. Смыть со щеки красные пятна. Сон. Это был всего лишь сон. И ничего больше.
Жрак

(no subject)

И еще маленький отрывочек оттуда же...

Самый страшный адский монстр был обречен, но еще не отдавал себе в этом отчета. Светлый рыцарь, прошедший через проклятые замки, опустошенные земли и все уровни ада, вертелся теперь вокруг него, размахивая мечом и издавая воинственные крики. Монстр вяло отбивался когтистыми лапами и плевался молниями. Рыцарь уворачивался или отражал удары щитом, украшеным бриллиантами. Да время от времени, не прерывая атаковать, залпом выпивал содержимое очередной бутылочки с целебным зельем. У монстра такой возможности не было. Хотя каждый удар рыцаря был для него все-равно что комариный укус, но мало-помалу жизнь покидала его уродливое членисто-шипасто-хвостатое тело. И некому было прийти на помощь - все верные миньона Владыки Ада уже лежали порублеными в капусту этажом выше. Наконец, издав тоскливый дребезжащий вой, монстр упал навзничь, дрыгнул ногами и издох. Перед монитором тихо и зловеще засмеялся геймер. Приблизив нос к самому экрану, он постучал кривым острым когтем по изображению мертвого Владыки и язвительно прошипел:
-Ну че, блин? Понял, кто в Аду главный? Каззёл!