May 4th, 2010

я

(no subject)

Слушать разговоры детей - одно удовольствие.
Сегодня они во что-то играли, поссорились, разбрелись по разным углам комнаты. Проходит минута, максимум полторы.
Ханочка - Михальке: "Ну ладно, подойди ко мне, прекрасная свинья!"
Михалька - Ханочке: "Не подойду, ты мне будешь говорить дурацкое!"
Жрак

(no subject)

(Ни начала, ни продолжения нет и не будет, они, как всякое разумное-доброе-вечное, посеяны с концами. Концов не будет тоже.
А из середины это - самый крупный из сохранившихся обрывков.)

Как Дождевой Кот рассказывал себе на ночь сказки. (кусок)
Collapse )
Жрак

(no subject)

-М-да,- произнес демиург Мазукта, брезгливо созерцая бескрайнюю пустыню.- Мягко говоря, не радует. Совсем не радует.
-Я же не знал, что так получится,- виновато потупился демиург Шамбамбукли.
-Ты мог выбрать другую формулировку,- сказал Мазукта.- Но нет, тебе захотелось пафоса - и вот результат!
Шамбамбукли вздохнул и отвёл глаза в сторону.
-А чего я сказал-то...- пробубнил он.- Ну, сухой здесь климат, а за почвой никто не следит. Я и попросил одно племя поддерживать порядок...
-Ну да,- кивнул Мазукта,- ты им сказал буквально следующее, цитирую: "Слушайте, вы - народ, избранный сажать кипарисы в пустыне", конец цитаты. Разве ж так можно к людям обращаться?
-А почему нет-то?
-Да потому что они из твоей речи запомнили только, что они - избранный народ. А зачем избранный, для чего избранный - предпочитают не вспоминать. Ну и толку-то? Даром что ходят задрав нос, а ни в пустыне не селятся, ни кипарисов не сажают.