Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Жрак

(no subject)

- Возрадуйтесь, жители города, я уже тут!- громко крикнул рыцарь на белом коне и красиво взмахнул мечом над головой.
Горожане переглянулись и вздохнули. У них это был уже не первый рыцарь. Почему-то рыцарей сюда как магнитом тянуло. И под каждым непременно был белый конь. Хотя мечом размахивали не все, некоторые предпочитали потрясать копьём. Но все они были молоды, самоуверенны, прекрасны ликом и не обременены интеллектом. И все кончали одинаково: после трёх-четырёх дней, посвящённых разнообразным подвигам, рыцари непременно изъявляли желание сразиться с драконом. Это было их последнее желание. Потому что дракон в округе действительно проживал и имел богатый опыт сражений. Многовековой, вообще-то. Рыцари, весь боевой стаж которых обычно не превышал нескольких лет, не имели против чудовища никакого шанса. Вот и этот в глазах жителей города был уже заранее обречён.
Рыцарь, не уклоняясь от проторенной его предшественниками колеи, тут же начал вершить подвиги во имя добра и справедливости. Он переводил старушек через дорогу, хотели того старушки или не хотели - иногда по десять раз туда и обратно. Он скакал по огородам на своём белом коне и размахивал мечом, отгоняя ворон. Он снимал с деревьев несчастных котов, которые буквально взлетали туда, напуганные грохотом его доспехов. Он сражался за честь прекрасных дам с их мужьями. Он... много чего творил. У парня выдалось очень напряжённое расписание добрых дел.
И наконец, на третий день, рыцарь во всеуслышание объявил, что отправляется на битву с драконом. Все эти три дня он слышал ужасающие истории о злодеяниях этого чудовища, и вот душа героя преисполнилась гнева, сердце - отваги, рука - твёрдости, ноги - чего-то там ещё, и он готов к великим свершениям. "Ура",- сказали горожане, переглянувшись.
Рыцарь снова покрутил мечом над головой и ускакал к драконьему логову. Через час белый конь вернулся без седока. Коня привёл дракон.
- Не благодарите,- буркнул он, когда жители вышли встречать его у городских ворот.- Это было нетрудно.
- Спаситель ты наш!- прослезился бургомистр.- Избавитель!
- Да ладно, было бы о чём говорить! Работа такая. Заведутся ещё рыцари - присылайте ко мне. Только не забывайте потом платить чеканной монетой!
Жрак

(no subject)

- Ну как?..- взволнованно спросил сидящий в приёмной проситель у другого, только что закончившего аудиенцию.
- Да всё отлично!- с улыбкой ответил тот.- И чего все так наговаривают на нашего короля? Отличный король, понимающий, отзывчивый. Я ему пожаловался на разбойников, которые возле нашей деревни озоруют, путников грабят, а то и целые караваны, и с нас ещё данью обложили, просто спасу нет! И что бы ты думал - прислушался король Георг, вошёл в наше положение! Возмутился, раскричался, потребовал немедля изловить и доставить главаря банды пред его светлые очи! Тут же гвардию послали, и часа не прошло, как доставили злодея-душегуба! Ну, теперь-то не отвертится. Ужо король ему задаст!

А в это время король Георг Тридесятый, брызжа слюной, орал на понурившегося разбойника:
-Ты что творишь, сучара, совсем берега попутал?! Почему я обо всём должен от терпил узнавать? Путников он грабит! На караваны нападает! Деревни данью обложил на моей территории! А моя доля где?!
Жрак

(no subject)

Короля Альберта Дваждыдватого летописцы прозвали Альбертом Ничтожным, и за дело! Вернее, за отсутствие дел. И то сказать, за без малого сорок лет своего бесславного правления этот король не завоевал ни одной страны, не совершил ни одного крестового похода, не возвёл ни одного нового роскошного дворца. Даже женат был всего один раз, и ни одной фрейлины под благовидным предлогом не соблазнил! Ничтожество, что уж там. Вместо лихих и славных деяний, которые бы прославили его имя в веках, Альберт Дваждыдватый занимался скучной бухгалтерией, совал нос в делопроизводство, вникал в сельское хозяйство, заботился больше не о благе родной страны, а о всяких смердах, в ней проживающих. Вместо того, чтобы устроить что-то интересное, скажем, закатить бал на целую неделю, с фуршетом и приглашёнными знаменитостями - а зачем ещё нужна казна?- закупал за границей какую-то скучную картошку, как будто её всё-равно в землю не закопают! А сколько он потратил на бессмысленное строительство? Все эти убогие здания, дошедшие до наших дней, и в таком количестве! Увековеченная в камне безвкусица, а главное зачем?! Чтобы в них люди жили? Так эти люди и без того жили же как-то, и ничего. Всё-равно ведь уже пару столетий как померли, и где они теперь, а? А ведь мог бы король, если бы был поумнее, памятников наставить на площадях, монументов, обелисков - чтобы было на что потом посмотреть, оценить, восхититься! Но Альберт Дваждыдватый был не Умным, а Ничтожным.
Не то что его племянник, Леон Триждыпервый Наиоттакойнейший! Памятник себе отгрохал в сорок саженей высотой, и какой памятник! Пока не рухнул, полвека был лицом города. А какие роскошные гулянки закатывались при дворе! Со всей страны туда везли продукты, напитки, девок для увеселения. Неделями вся столица гудела, месяцами вспоминала! А сколько жён сменил Леон Наиоттакойнейший! Надоела - казнит, возьмёт следующую. Силён мужик, а! И воевал, воевал постоянно! Всего-то и правил шесть лет, а успел и с западным соседом сразиться, и с восточным, и южному две провинции проиграть, и у северного целый город оттяпать и почти год в руках удерживать. Потом-то вернуть пришлось, конечно, но ведь успели разграбить-то! Великий был король, что и говорить. После него таких уже не рождалось. Как помер он от дурной болезни, так страна и развалилась без хозяйской-то руки. Кто-то к северным соседям откололся, кто к восточным, до сих пор никому не удалось обратно державу собрать, а уж сколько времени прошло! А при Леоне-то, небось, всё крепко стояло! Вот какой был великий король.
А что до Альберта Дваждыдватого, то мы его и знать не хотим, и вспоминать не любим!
Жрак

(no subject)

Хочу поделиться очередным дурацким сном и некоторыми соображениями.
Приснилась некоторая местность размером с материк (заранее говорю, что все совпадения случайны), на которой расположена куча относительно небольших государств. И в каждом таком государстве вдруг завёлся тролль. Натурально, дикий, жуткий, вонючий, к тому же людоед. НО! Пожирая людей, тролль оставляет кости. И при этом превращает их в золото. С одной стороны - проблема, а с другой... м-да, проблема...
Во сне я быстро перемещался из страны в страну и наблюдал, как разные правители решают вопрос с троллем.
В государстве А король поступил просто: в заботе о безопасности своих граждан взял да и убил тролля. Люди вздохнули с облегчением, но и с некоторой долей разочарования. Нет, всё правильно, конечно, и король - герой, но где ж теперь золото-то брать халявное? Неужели нельзя было перед уничтожением хотя бы скормить троллю кого-нибудь ненужного... да вот хотя бы нашего соседа? Ну так, как-бы чисто случайно? Всё-ж таки золото... можно было бы налоги понизить на ближайший год, или прямо народу раздать. Нет, мы всё понимаем, но король у нас, хоть и герой, но дурак, что ни говори.
В государстве Б тролля изловили и посадили в клетку. Потому что золото - оно же такое золото... и действительно, почему бы не скармливать троллю лишних людей? Да вот хотя бы приговорённых к смертной казни! Чего зря добру пропадать? А так - и приговор приведён в исполнение, и выгода налицо. Народ, конечно, принял это решение на "ура" и вовсю славил мудрость своего короля. Правда, при этом стараясь не замечать, что перед каждым грандиозным проектом вроде войны или большого строительства преступность в стране (а соответственно, и количество приговорённых) резко увеличивается в разы. Но об этом не принято было говорить вслух, потому что слишком разговорчивые быстро превращались в золото.
Государство В поступило примерно так же, но вместо собственных граждан стало кормить тролля иностранцами, их не жалко. А добывать иностранцев, разумеется, отправило регулярные войска за границу. Из каждого военного похода к троллю приводили вереницу пленных, тем самым повышая золотой запас страны, а за счёт него - военную мощь и обороноспособность, что позволяло оснащать ещё более продуктивные походы. Заодно государство В старалось захватить чужих троллей, а если это не удавалось - то хотя бы уничтожить их. В таком случае военная операция называлась освободительной - ну а что, ведь и правда, уничтожили жуткого монстра - людоеда, чем не миротворческая акция? Страну В в мире очень уважали и побаивались, а своих троллей старались от неё припрятать получше.
Страна Г просто заявила во всеуслышание, что никаких троллей в ней нет. Потому что её земля свята, и такая мерзость просто не заводится. Но зато имеется портал в мир светлых эльфов. Там хорошо, там вечное лето, никто не стареет и не умирает и гуляют белые единороги, какающие радугой. И эльфы, что самое замечательное, вовсе не возражают против иммиграции, так что каждый желающий может к ним напроситься на вечное проживание. Но, конечно, не задаром, а за очень большие деньги! Люди платили огромные суммы и уходили навсегда за маленькую железную дверь. Государство Г на этом изрядно разбогатело.
Были и другие страны... много разных других стран. Но продолжать дальше вы можете и без меня.
Жрак

(no subject)

-Ваше Величество, к Вам посетители!
Король Георг Тридесятый недовольно покосился на вошедших.
-Ну, и чего вам?
-Ваше Величество, мы с жалобой на барона,- начал первый проситель.- Он велел наш пруд засыпать, хочет сделать на этом месте собачью площадку. А где же нам рыбу тогда ловить?
-Рыбу?- переспросил Георг Тридесятый.
-Рыбу...
-Рыбку, значит?! А вы знаете, что в Африке дети голодают?!- голос короля сорвался на неприятный визг.- Детей вам не жалко?! Совсем зажрались, ни стыда ни совести! Рыбки им захотелось, свеженькой! А о бедных голодных детях совсем не думают!
-Но Ваше Величество, где наш пруд и где Африка...
-Где Африка?! Нет, вы посмотрите, они даже не помнят, где Африка! Никакого интереса к международной обстановке! Только и знают, что рыбку жрать!
-Так ведь нету рыбки-то...
-А у детей в Африке, думаете, есть? Вам-то хорошо, а им-то каково?
-Но ведь нам...
-Вон с глаз моих! Видеть вас не желаю, бессовестные! Стража, увести! Кто там следующий?
Нервно проводив взглядом уволакиваемого под руки предшественника, вперёд вышел другой проситель.
-Ваше Величество, извольте рассмотреть проект... гм... улучшения системы налогообложения для... кхм... повышения благосостояния... эмм... народного...
-Налоги, что ли, хочешь понизить?
-Ну... как бы... да.
-А ты не думал о том, что в Африке голодают дети?- ласково спросил король.
-Я... нет... но я думал о нуждах наших граждан, о благе государства...
-А о детях не думал?
-Нет, но...
-Вот и подумай.
-Да, но налоги...
-Дети. В Африке. Голодают.
-Да, но...
-Подумай о детях.
-Я...
-Хорошо подумай.
-Я...- проситель сглотнул,- я подумаю.
-Кто там следующий? Тебе чего?
-Я по поводу экологии...
-Экологии!- всплеснул руками Георг Тридесятый.- Нет, ну о чём только люди не беспокоятся! Экология, подумать только! Как будто нет более серьёзных поводов для волнения! Вот вы знаете, например...
-Что в Африке голодают дети? Знаю.
-Знаете?! И после этого вам не стыдно поднимать вопрос об экологии?! Когда дети... бедные... с голоду пухнут...
Король всхлипнул и прикрыл глаза рукой, по монаршей щеке скатилась крупная слеза и капнула в тарелку.
-Уходите... Уходите все! Никого не желаю видеть! Только о себе и можете думать, да о своих мелких проблемах! Жалкие, ничтожные эгоисты! Прочь, оставьте меня одного!
Посетители поспешно покинули кабинет.
-Ваше Величество,- произнёс Первый Министр, уверенный, что король имел в виду "оставьте меня наедине с моим верным Первым Министром".- А может, нам помочь этим несчастным африканским детям? Взять да и накормить?
-Да ты с ума сошёл!- воскликнул король.- Что я тогда народу отвечать буду?!
Жрак

(no subject)

-Наконец-то!- воскликнул правитель, любуясь в зеркале своим новым головным убором.- После всех этих усилий, корона наконец-то принадлежит мне! Всё -моё! Власть, слава, почести... неограниченные возможности! Весь мир в моих руках!
-Ага,- согласилась корона.- Мировое господство - это опупеть как круто! Что может быть лучше абсолютной власти!
Она немного повозилась, устраиваясь поудобнее на голове правителя и заодно проверяя, надёжно ли укоренились мозговые присоски.
-А вот насчёт того, кто тут кому принадлежит - у меня для тебя неприятные новости...
Жрак

Дело о таинственном убийце-дворецком - 1

На столе громко и визгливо зазвонил телефон.
-Холмс, это Вас!- позвал я. Мой друг оторвался от газеты, вытащил изо рта трубку и кивнул.
-Совершенно верно, Ватсон, это меня. Но я бы хотел услышать всю логическую цепочку, приведшую Вас к этому выводу.
-Да ведь телефон-то Ваш!
-Да, верно...- задумчиво протянул Холмс.- Можно и так. Хотя я назвал бы такой подход довольно поверхностным и дилетантским. Ну что-ж, послушаем, кому сегодня понадобились услуги великого детектива!
Он отложил газету и трубку в сторону и поднял телефон.
-Холмс слушает.
-Помогите,- раздался из трубки властный, хорошо поставленный голос, звучащий немного нервно.- Меня убивает дворецкий.
-Прежде всего, с кем имею честь разговаривать?- перебил Холмс.
-Граф Х,- ответил голос из трубки.- Хочу обратить Ваше внимание, что дело спешное. Мой дворецкий меня убивает.
-Вы уверены?- переспросил Холмс.
-В чём именно я должен быть уверен? В том, что я граф? В том, что я Х? Или в том, что меня убивают?
-В том, что убийца именно тот человек, о котором Вы говорите. Это ведь, знаете, довольно серьёзное обвинение.
-Да, понимаю. Но думаю, что не ошибаюсь. Я знаю Джона уже много лет, он моё доверенное лицо и показал себя весьма толковым слугой. Хотя, конечно, последний возмутительный поступок может сильно испортить его рекомендации.
-О каком поступке идёт речь?
-Да я же о том и толкую! Он меня убивает!
-Простите, сэр,- строго произнёс Холмс.- Но Ваше заявление вызывает у меня серьёзнейшие сомнения. Во-первых, с какой стати безупречному слуге убивать своего господина, рискуя навлечь на себя его гнев? Какая ему от этого выгода?
-Я объявил Джона своим единственным наследником,- объяснил граф.- Под дулом пистолета, конечно, но совершенно чистосердечно.
-О, это меняет дело! Но тогда второй вопрос: почему вы звоните частному детективу, а не в полицию? Это она должна предотвращать убийства, детектив же, как правило, лишь расследует его.
-Полиция, пхе!- в голосе графа прозвучало презрение.- Тупоголовые бобби, я им не доверяю.
-Понимаю Вас, я тоже. Они все дураки.
-У вас ещё вопросы есть?- спросил граф.
-Да, последний вопрос. Джон сейчас рядом с Вами? Вы не могли бы передать ему трубку?
-Конечно, сэр. Джон, ответь мистеру Холмсу.
В трубке послышалась короткая возня, и прозвучал другой голос - голос вышколенного слуги.
-Да, мистер Холмс, я Вас слушаю.
-Джон, скажите, какой рукой вы взяли трубку?
-Правой, сэр.
-Стало быть, пистолет у Вас в левой? Вы левша, Джон?
-Да, сэр.
-Вы действительно твёрдо намерены застрелить графа Х? И своего решения не измените?
-Полагаю, что так, сэр.
-Спасибо, Джон. Верните трубку графу.
В трубке опять зашуршало.
-Вы выяснили всё, что хотели?- спросил граф.
-Да, благодарю Вас за содействие. Остальное я уточню уже на месте, своими дедуктивными методами.
-Спасибо, сэр. Надеюсь, что вы сумеете отыскать и сурово покарать убийцу. Чек я оставлю на каминной полке, под мраморным слоником. Полагаю, сумма в двести фунтов не будет чрезмерной?
-О, не стоит беспокоиться! Деньги не имеют для меня большого значения.
-Понимаю. Тогда я выпишу чек на триста фунтов. Всего доброго, сэр.
-Всего доброго.
Холмс прервал разговор.
-Одного не понимаю - кто же из них врёт..?- задумчиво произнёс он.

Я промолчал, чтобы не мешать мыслительному процессу своего друга. Холмс побарабанил пальцами по столу и неожиданно спросил:
-Скажите, Ватсон, а Вам не показалось ли что-нибудь странным?
Вот вопрос, который всегда заставлял меня нервничать! Я спешно стал вспоминать мельчайшие нюансы разговора.
-Звонок раздался ровно в восемь?- ляпнул я наугад.
-Вот!- Холмс воздел палец.- Вы тоже это заметили, Ватсон? И что нам это даёт?
-Ничего?- осторожно предположил я.
-Именно!
Холмс помрачнел.
-Буквально не за что зацепиться, Ватсон. Признаться, я в растерянности.
Я ещё немного поднапрягся, припоминая странности беседы.
-Холмс, а Вам не показалось странным, что убийца так легко позволил жертве связаться с Вами?
-Да нет, это как-раз нормально,- отмахнулся Холмс.- Хороший дворецкий не станет мешать хозяину вести телефонные разговоры. А Джон, как Вы сами слышали, хороший дворецкий.
-А убить хозяина хороший дворецкий может?
-Запросто,- кивнул Холмс.- Убить, ограбить, соблазнить жену, отравить собаку - это сколько угодно. Но не надо путать преступную деятельность с профессиональной несостоятельностью!
-Значит, дворецкий спокойно ждал, пока его хозяин наговорится. А граф не мог растянуть разговор подольше, чтобы кто-нибудь успел его спасти?
-Нет, конечно. Граф Х - деловой человек, он ни за что не стал бы тратить время на пустую болтовню.
Я кивнул. Картина немного прояснилась.
-А что это за странное имя - Х? Никогда не слышал подобного...
-Это не имя, это фамилия... И всё-же я чувствую здесь какое-то вопиющее несоответствие,- пробормотал Холмс.- Что-то не так.
-Да бросьте, Холмс, всё ведь ясно как на ладони! Граф сам назвал своего убийцу! И Вы слышали его голос!
-Голос - ещё не убийца!-отрезал Холмс.- И граф мог ошибаться. Я должен разобраться во всём на месте.

После лёгкого завтрака (я съел яичницу с беконом и запил чашкой несладкого чая, а Холмс выкурил две трубки крепчайшего табаку, заявив, что на пустой желудок ему лучше думается) мы отправились в резиденцию графа Х. У ворот нас встретил дворецкий Джон.
-Прошу вас, господа, пройти за мной. Покойный граф ожидает вас в Жёлтой гостинной. Никто не трогал тело до вашего приезда. Я велел никого туда не впускать.
-Спасибо, Джон. Ничего нет хуже для расследования, чем толпа, топчущая грязными сапогами важные улики!
-О, вы сами убедитесь, что у нас в доме образцовый порядок и все улики лежат на своих местах!
Джон перебежал глазами от меня к Холмсу и учтиво поинтересовался:
-Полагаю, что это Вы - мистер Шерлок Холмс?
-Именно так.
-В таком случае, у меня для вас сообщение от покойного графа. Он просил передать буквально следующее: "Меня убил дворецкий. Х" А вот записка от него.
Джон подал нам аккуратно сложенную записку на маленьком серебряном подносе. Холмс развернул бумажку и прочёл вслух: "Серьёзно, меня убил дворецкий! Х"
-Вы ничего не хотите добавить к этим словам, Джон?- спросил Холмс.
-Хочу, сэр. Это я убил господина графа.
-Спасибо, Джон, я учту ваше заявление. Ведите нас к покойному.

По дороге я незаметно приблизил голову к уху Холмса и шепнул так, чтобы шагавший впереди Джон не расслышал:
-Не пора ли вызывать полицию, друг мой? Убийца во всём сознался.
-Сознаться сознался, но убийца ли?- засомневался Холмс.- Не делайте скоропалительных выводов, Ватсон. Вами движут стереотипы. Убитый граф, предсмертная записка, таинственный звонок... всё складывается один к одному, и в финале убийцей оказывается дворецкий! Нет, думаю, тут не всё так просто. Кто-то пытается водить нас за нос.
-Но Вы же уже знаете, кто убийца?
-Ещё не знаю наверняка, но уже предполагаю.
-Но кто же это, Холмс?!
-Ватсон, Ватсон! Чему я Вас учил? Задумайтесь на минутку, поставьте себя на место убийцы. Ну, и кто он такой?
-Кто?
-Это же элементарно, Ватсон!
Я крепко задумался.
-Дворецкий?
-Ватсон!- укоризненно воскликнул Холмс.
-Если убийца не дворецкий, то... садовник?
-Хм... нет, не настолько элементарно. Ну же, Ватсон, напрягитесь! Я знаю, что Вы можете! Воспользуйтесь Вашей интуицией, в конце-то концов!
-Интуицией?!- я был поражён.- Но разве Вы сами, Холмс, не избегаете её, как чумы, оставаясь последовательным приверженцем строгой логики?
-Так то я... Ватсон, друг мой, я вовсе не отрицаю возможной пользы интуитивного подхода, просто предпочитаю дедукцию, как инструмент, которым гораздо лучше владею. Интуиция - не мой метод, однако я отдаю должное Вашей способности к неожиданным озарениям, совершенно беспочвенным, но иногда верным. Вспомните, когда мы с Вами расследовали загадочное дело об убийстве лысого репортёра на международном съезде феминисток - я был тогда в полной растерянности, Вы же сразу сказали: "Cherchez la femme", "Ищите женщину"! И что же в итоге - в деле действительно оказалась замешана женщина!
Я задумался ещё крепче.
-Ну, в таком случае, возможно, убийца - высокий одноглазый шатен из Штатов, член тайного общества Одноглазых Шатенов, прибывший в Англию, чтобы похитить огромный бриллиант индийского раджи и передавший его - в смысле, бриллиант - своему сообщнику, однако сообщник, убегая от бешеной собаки, был вынужден забраться на фонарный столб и оттуда совершенно случайно уронил камень прямо в открытый портсигар графа, после чего у него просто не оставалось другого выхода, кроме как...
-Интересная версия, Ватсон, Вы делаете успехи,- перебил меня Холмс.
-Правда? Я угадал?
-Нет. Но мне нравится ход Ваших мыслей, Ватсон. Живенько так. Запишите как-нибудь эту историю, только изменив, разумеется, имена и даты.
-Тогда я пас,- вздохнул я.- Ничего больше в голову не приходит. Разве что никакого убийства вообще не было, и всё это дурацкий розыгрыш, а дворецкий - сам переодетый граф?
-Хм!- фыркнул Холмс, явно не в восторге от моих догадок. И немного помолчав, протянул задумчиво: -Хм-м-м...
-Я Вам чем-то всё-таки помог?- с надеждой спросил я.
-Мне жаль Вас расстраивать, Ватсон, но... А, вот мы и пришли.

Тело графа Х покоилось на полу гостинной в спокойной расслабленной позе.
-Он не застрелен!- сразу же обратил внимание Холмс.
-Да, граф принял яд,- подтвердил дворецкий.
-Джон, когда я Вас спрашивал, не измените ли вы своё решение застрелить графа, вы совершенно определённо сказали, что нет. Что же заставило Вас передумать?
-Ковры, сэр.
-Логично,- кивнул Холмс и, опустившись на колени, принялся внимательно изучать пол на месте трагедии. Он нашёл на полу крупную перламутровую пуговицу и придирчиво сравнил её с теми, что украшали сюртук дворецкого.- Полагаю, это Ваша, Джон.
-Да, спасибо,- Джон спрятал пуговицу в карман.- Граф имел привычку во время разговора держать собеседника за пуговицу, иногда они отрывались. Должно быть, эта выпала из мёртвых пальцев графа... сэр.
-А это та самая чашка, из которой граф принял яд?
-Как можно, сэр! Из чашки граф пил только чай. Яд подают в бокале!
-В этом?
-Да, сэр.
Холмс понюхал край бокала и хищно оскалился.
-Это "кантарелла"! Я сразу узнал её по характерному отсутствию вкуса, цвета и запаха!
-Очень редкий и малоизвестный яд,- сдержанно отозвался Джон.- Я поражён вашей осведомлённостью, сэр.
-Мой друг Ватсон подтвердит, что я крупный специалист по ядам,- скромно заметил Холмс, незаметно толкая меня локтем.
-Что..? А, да, подтверждаю!
-Как я уже сказал, сэр, я поражён,- повторил дворецкий.

-Не будем терять времени,- сказал Холмс.- Начнём опрос прислуги.
-Позвать сразу всех?-спросил Джон.- Или желаете поговорить с ними по отдельности... сэр?
-А сколько ещё слуг в этом доме?
-Кроме меня, всего трое. Кухарка, садовник и горничная.
-Тогда можно опросить их по одному. Для начала я бы хотел поговорить с садовником.
Джон замялся, казалось, он чем-то смущён.
-Вряд ли это возможно, сэр. Видите ли, он глухонемой.
-Ничего страшного, он может писать ответы на бумажке.
-Он неграмотный.
-Показывать на пальцах?
-У него всего один палец на левой руке, сэр. А правая отсутствует вовсе.
Холмс задумался.
-А хотя бы ноги у него есть?
-Одна есть. Деревянная.
-Позвольте!- встрял я.- Но как этот человек, безногий, безрукий и не понимающий указаний, может исполнять функции садовника?!
-Крайне посредственно,- ответил Джон.- Но в этом нет большой беды, ведь граф не держал сада. Но конечно, это не избавляло его от необходимости иметь садовника! Noblesse oblige. Хотя, разумеется, половину жалования с садовника удерживали.
-Хм... ну в таком случае зовите горничную,- смирился Холмс.
-Прямо сюда, сэр?
-Да, прямо сюда.
-Слушаюсь, сэр. Не желаете ли пока чего-нибудь выпить?
-Нет-нет, спасибо! Не стоит...- быстро сказал я и тут же объяснил.- Мой друг на работе не пьёт.
Холмс посмотрел на меня укоризненно.
-Зовите горничную, Джон.

Горничная оказалась тощей длинноносой девицей с неприятным выражением лица. Мне такие никогда не нравились, а Холмс, питавший отвращение к женщинам вообще, даже скривился, но быстро взял себя в руки.
-Это Мэри,- представил Джон и вышел, чтобы не мешать допросу.
-Кто из вас Шерлок Холмс?- без обиняков спросила девица.
-Я,- слегка склонил голову мой друг.
-А Вы, в таком случае, должно быть, доктор Ватсон?
-Совершенно верно,- кивнул я.
Горничная всплеснула руками и взвизгнула от восторга.
-Ой, я так рада, так рада! Доктор Ватсон, Вы мой кумир, я преклоняюсь перед Вашим литературным дарованием! Ваши заметки в "Стрэнде" о похождениях великого сыщика Шерлока Холмса... Могу ли я попросить у Вас автограф?
-Да-да, конечно...
Ручка нашлась на столе покойного, у левого края, что показалось мне немного странным, но я выбросил эту малозначительную деталь из головы и аккуратно подписал девушке свежий номер журнала.
-А мой автограф не нужен?- ревниво поинтересовался Холмс.- Это ведь я и есть тот самый великий сыщик!
-Простите, сэр, но я поклонница таланта доктора Ватсона, а отнюдь не Вашего!- отрезала Мэри.
-Хорошо, что меня совершенно не интересует мирская слава...- пробормотал Холмс.- Итак, Мэри, что Вы можете сказать о Вашем покойном хозяине?
-Ничего!- твёрдо ответила Мэри, сложив руки на животе.
-Совсем-совсем ничего?- переспросил Холмс.
-Именно так, сэр!- кивнула Мэри.- О мёртвых - либо хорошо, либо ничего. Мой хозяин мёртв?
-Да.
-Хорошо.
Холмс побарабанил пальцами по столешнице.
-Я уверен, что у Вас есть, что нам сказать, Мэри. Но допытываться не стану. Пытки, к сожалению, запрещены в наше просвещённое время, к тому же это не мой метод. Мой метод - дедукция! И пользуясь лишь ей, я сумею разоблачить убийцу и восстановить справедливость. Кстати, за сколько месяцев граф задолжал Вам жалование?
Поманив меня пальцем, Холмс поведал таинственным шёпотом: "я догадался об этом по внешнему виду её туфель. Так и запишите!"

Больше от горничной мы ничего не узнали, а сама она была вне подозрений - в момент предполагаемого убийства находилась за два квартала от дома, в бакалейной лавке, и имела железное алиби. У девушки даже хватило сообразительности взять у бакалейщика справку о том, что она там была, а остальных покупателей позвать в свидетели! Холмс внимательно изучил записку, из которой следовало, что "подательница сего, Мэри Н. в этот день и час действительно находится прямо тут, и никакого отношения к тому делу иметь не может".
-Ну что-ж,- вздохнул Холмс.- Благодарю за сотрудничество. Позовите кухарку.

В противоположность горничной, кухарка была грузна, вульгарна и неопрятна, голос имела пропитой, и пахла чесноком. Мне такие никогда не нравились... впрочем, я уже говорил.
-Значит, так!- заявила она, устроившись в кресле.- Мне плевать, что вы там думаете, а я считаю, что графа убил Джон, и точка! Так и запишите.
-Почему Вы в этом уверены?- вкрадчиво поинтересовался Холмс.- Ведь в доме, кроме самого убитого и его дворецкого, находились ещё трое слуг?
-Ну а кто ж ещё?- пожала плечами кухарка.- Не садовник же!
-А что насчёт горничной и Вас самой?
-Меня?- кухарка фаркнула.- Ну да, признаться, меня тоже не раз подмывало пристукнуть графа чем-нибудь тяжёлым. Но я бы этого делать, уж точно, не стала!
-Вот как? И что же Вас остановило бы?
-Так ведь он же мне платил! А то бы конечно, да...
-И граф знал об этом Вашем к нему отношении?
-Ещё бы ему не знать! Потому и платил.
-Кстати, раз уж зашла речь о деньгах - это ведь Вы взяли с каминной полки предназначенный мне чек на триста фунтов?
-Вот уж нет! Это мой чек, он на предъявителя, и предъявлю его я! Чем докажете, что граф отписал три сотни вам, а не бедной старой женщине, служившей ему верой и правдой почти сорок лет?
-Всего сорок?- приподнял брови Холмс.
-Верой и правдой - да. И ещё до этого лет шесть.
-То есть Вам сейчас...
-Тридцать девять лет!- твёрдо отрезала кухарка.
-А сколько Вам было, когда Вы родили Мэри?
-А откуда Вы знаете, что Мэри моя дочь?- насторожилась кухарка.
-Я догадался об этом по виду Ваших туфель,- охотно объяснил Холмс.- Если даже не учитывать Вашего с Мэри поразительного семейного сходства, никогда две женщины, работающие в одном доме, не наденут одинаковую обувь, если только они не состоят в близкородственных отношениях.
-Вообще-то, такое бывает,- осторожно заметил я.
-Правда?-удивился Холмс.- Я не знал.
-А, так вы про эту Мэри!- сообразила кухарка. -Не, она мне не родня. Моя дочь - совсем другая Мэри. Распространённое имя, знаете ли.
-Ясно,- кивнул Холмс и вернулся к предыдущему вопросу.- То есть, чек Вы мне не отдадите?
-Не отдам.
-Ну что-ж,- вздохнул Холмс.- Хорошо, что я равнодушен к материальным благам.

Потом допишу.
Жрак

(no subject)

-Ой, какой красивый замок там, на холме!- воскликнула Принцесса.- Скажите, маркиз, он тоже Ваш?
-Ммм... да, наверное. Думаю, что да. Мне тут столько всякого разного принадлежит, разве всё упомнишь?
-А ведь откуда-то из этих краёв был один из твоих ухажёров, - заметил Король.- Помнишь, доча?
-Ой, папа, не начинай!- отмахнулась Принцесса, слегка покраснев, и вновь обернулась к маркизу.- Ну да, был такой. Но ничего серьёзного, поверьте, маркиз. И потом, я же ему отказала!
-Вот как?..
-Ну да! Я ему так и сказала: "Извините, сударь, но Вы мне не нравитесь, и я никогда не буду вашей! Нет, нет, никогда!" Хотя он тоже, кажется, был богат... очень. Почти как Вы, маркиз. Но я всегда считала, что деньги - не главное.
-Главное - чтобы человек попался хороший,- ввернул Король, явно кого-то цитируя.
-А он был недостаточно хорош,- понятливо кивнул маркиз.
-Не знаю...- протянула задумчиво Принцесса.- Вроде бы совсем неплох... Не дурак, и с лица приятный, и в общении обходителен. Опять же, богат. Образован, начитан. Но он меня, если честно, пугал. Было в нём что-то... дикое, звериное. Какая-то непонятная страсть, потаённая ярость. Он на меня так смотрел, так смотрел... как будто собирался съесть, честное слово! А когда я ему сказала "нет, нет, никогда!" - он знаете что ответил? Что я ещё сама к нему приду! И всё-равно буду принадлежать только ему! А я что, вещь какая-то? Я принцесса!
-Совершенно неподобающее обращение!- встрял Король.- Я приказал выгнать его вон.
-А подружки говорили, что я сошла с ума и сама не понимаю своего счастья. Такой, понимаете ли, видный жених! Красавец, умница, ну и богат, конечно, как же без этого. И на гитаре играет, и голос у него приятный - такой, знаете, баритон с обертонами. И не бука какой-нибудь, умел и пошутить, и развлечь. Знали бы Вы, как он чудесно представлял разных животных! Мог изобразить даже слона! Или курицу. Так славно кудахтал - ну просто не отличить от настоящей! Ещё мог показать льва, или мышь, или удава... А особенно хорошо...
-А особенно хорошо ему удавались коты!- мурлыкнул слуга маркиза Карабаса и распахнул дверцу кареты.- Дамы, господа, прошу на выход. Мы приехали.
Жрак

(no subject)

-Да не было у нас отродясь никаких обескровленных трупов! В человеке крови сколько? Полтора галлона! Да столько ни в один желудок не вместится, какой ты там ни будь упырь. Я господина барона так напрямую и спрашивал... Ну да, спрашивал, а что? Барон к нам, бывало, сам в таверну захаживал - ну, не пива, конечно, выпить, но служаночки у нас, сами видите - чистенькие, крепенькие, кровь с молоком, как-раз в его вкусе... так о чём, то бишь, я? Да, ну так вот, я его и спрашивал: "А скажите, господин барон, Вы можете человека досуха выпить али слабо?" А он, бывало, усмехнётся, из служаночкиного запястья пригубит да и признается: да, мол, слабо. Оно и понятно, я вот, например, кружку пива выпью и не замечу, и две выпью, если жарко, ну три, если хорошо пойдёт. Четыре - это уже поднатужиться надо, пять - через силу, а на шестой лопну, пожалуй. И это ведь пиво, а не кровь. А кровь - она скорее еда, вроде как кисель или овсянка. Станет кто-то семь ковшей овсянки на завтрак потреблять? То-то и оно. Вот и господин барон, когда проголодается, подойдёт, бывало, к кому-нибудь из челяди, ножик достанет, а человек уж и знает, в чём дело, сам руку подставит. Господин барон его же потом и перевяжет - ну а что, о холопах тоже заботиться надо, они ценное имущество. Образованный человек был... ну, не совсем человек, а как бы это сказать... тварь, но тварь культурная. В разных болезнях хорошо разбирался, особенно которые от малокровия. Лечил деревенских, а ещё учил руки мыть, с земли не есть, чтобы поменьше хворали. И нам хорошо, и ему прямая выгода. Вообще, хороший был хозяин, заботливый. Охотой не увлекался, посевов не вытаптывал, девок не портил - при вечноживой-то жене! Вреда от него, почитай, и никакого. Ну, оброк, конечно, платили, не без того, но это ж везде так. А видели барона редко. Я его, бывало, так напрямую и спрашивал: "Господин барон, а что это Вы к нам только после заката заглядываете? Или правду говорят, что вам солнце - прямая погибель?" А он, бывало, засмеётся, к служаночке приложится, и ответит: "а вы, дурачьё, почему ночью по домам сидите? Или вас лунный свет убивает? А я помещик, живу как хочу - днём сплю, ночью звёзды наблюдаю. Астроном я, понимаешь? Не знаешь такого слова? Звездочёт, значит. А днём нам, дворянам, по солнцу разгуливать не резон, мы должны блюсти аристократическую бледность кожи, а не плебейских загар!" Ну, это он, конечно, хватил, другие-то дворяне все люди как люди, после полудня как просыпаются, так и выползают на природу, а этот, вишь, гордый. Старая аристократия, принципы. За это мы его очень уважали. Ну и любили, да. А как не любить, когда и деды наши, и прадеды, и все предки до седьмого колена под господином бароном ходили? Это у нас в крови уже, можно сказать. Но человек же такая неблагодарная скотина! Поедет кто-нибудь из наших в город или в соседнюю деревню, напьётся и как начнёт на жизнь жаловаться: и налоги-то барон с нас дерёт, и кровушку-то нашу сосёт, и золота-то у него немерено, когда трудовому человеку на пиво не хватает, и такой он, и сякой... Любим мы его, конечно, но как не пожаловаться? Ну и нашлись добрые люди, донесли кому надо, а те дальше передали, и вот к нам аж из самой столицы приехал судейский чин, да с охраной, да с гвардейцами. Чтобы, значит, запретить. Чтобы, значит, прекратить насилие. Не имеет, мол, господин барон такого права, кровь людскую пить забесплатно, хоть мы и его законные холопы. Но при том мы, мол, все твари Божьи, а герцог наш - божий помазанник навроде короля, и наша кровь - достояние государства и Святой Церкви, так что господин барон обязан за каждую унцию крови платить золотом. И довольствоваться тем, что люди ему сами захотят продать. Сколько, значит, принесут, столько пусть и покупает, и ни каплей больше. Ну и налоги заодно повысили, конечно, куда уж без этого. Но главное сказали: кровь - товар, стоит золота, принимается по весу.
Вот с тех пор и стали вдоль дорог находить обескровленный трупы.
Жрак

(no subject)

-Всё помнишь, мальчик?
-Помню.
-Не перепутаешь?
-Нет.
-Что сказать-то надо?
-Что король голый.
-Громко! И с выражением!
-Да понял я, понял!
-Вот и молодец.
-Дяденьки... а король, он что, правда... ну... голый пойдёт?
-Нет, конечно же! Но ты не волнуйся, малыш, просто кричи, что велено, не обращай внимания.
-Но ведь это же неправда?
-Да как тебе сказать... Понимаешь, мальчик, король у нас, конечно, не дурак. И люди на площади тоже... не все дураки. Но будь уверен, дураков там наберётся предостаточно!
-И они увидят короля голым?
-Ой, да что они там в толпе увидят?! Поверят на слово. Те, что в задних рядах, так уж точно. Потом те дураки, что впереди, подхватят. А там и остальные присоединятся к общему хору - потому что они же не дураки, спорить с гласом народа! Но главное, ты начни. На тебя вся надежда. Ну и ещё на десяток таких же мальчиков, для подстраховки, но это так, к слову.
-А что же будет потом с королём? Он уже не сможет больше королевствовать? Его сверганут, да?
-Весьма вероятно.
-И кто тогда будет новый король?
-А вот это, мальчик, уже не твоего ума дело.